kouzdra (kouzdra) wrote,
kouzdra
kouzdra

Читаю "Террористов"

Кассаветес-и-Ларриньяга улыбнулся Гюнвальду Ларссону, ободряюще кивнул и принялся складывать свои бумаги.
В эту минуту земля разверзлась прямо под бронированным «кадиллаком».
Взрывная волна отбросила стоявших на балконе назад, но уж чего-чего, а силы у Гюнвапьда Ларссона хватало. Он вцепился обеими руками в балюстраду и посмотрел вверх.

Казалось, посреди мостовой родился вулкан; из него на полсотни метров ввысь взмыл ревущий столб огня.
На верху столба качались различные предметы.
Бросались в глаза: задняя половина бронированного «кадиллака», опрокинутое черное такси с голубой полосой, половина лошади с черно-желтым плюмажем на лбу, нога в черном сапоге и обрывке зеленого мундира и рука с зажатой в пальцах длинной сигарой.
Гюнвальд Ларссон отвернулся, когда на него посыпались различные горящие предметы. Он с тревогой подумал о своем новом костюме, и в это время что-то тяжелое с силой ударило его в грудь, отбросив навзничь на мраморную плитку балкона.
Он ушибся, правда не очень сильно.
Гул от взрыва быстро стих, послышались стоны, отчаянные призывы о помощи, кто-то плакал, кто-то истерически изрыгал проклятия, потом все прочие звуки потонули в вое санитарных и пожарных машин.

Гюнвальд Ларссон встал и увидел, что за предмет сбил его с ног.
Предмет лежал рядом.
Бычья шея, одутловатое лицо — и даже очки в черной металлической оправе, как ни странно, были на месте.
Эксперт по вопросам безопасности поднялся на ноги, целый и невредимый, хотя уже не такой щеголеватый, как прежде.
Он оторопело воззрился на голову и перекрестился.
Гюнвальд Ларссон обозрел свой костюм. Вернее, то, что прежде было костюмом.
— Черт, — сказал он. Снова перевел взгляд на лежащую у его ног голову. — Может, захватить с собой, — пробормотал он про себя. — В качестве сувенира.
Франсиско Бахамонде Кассаветес-и-Ларриньяга вопросительно уставился на своего гостя.
Слово «сувенир» он понял. Может быть, эти шведы — охотники за черепами?
— Катастрофа, — сказал он.
— Похоже на то, — подтвердил Гюнвальд Ларссон.
У Франсиско Бахамонде Кассаветес-и-Ларриньяги был такой несчастный вид, что он счел нужным добавить:
— Но вы-то тут ни при чем. К тому же он был урод, каких мало.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments