kouzdra (kouzdra) wrote,
kouzdra
kouzdra

Categories:

Ой бля - подросло постсовцекое поколение:

Архилох умиляется:
не смог удержаться
http://eska.livejournal.com/2276150.html
Праздник весны, дружбы, любви, свободного труда. Красные флаги, народные демонстрации, обтянутая кумачом трибунка..
Социализм, хуле.

http://flibusta.lib/b/192601/read

Накануне первого мая на заводах Мессершмитта поднялся переполох. В Аугсбург со всех аэродромов и вспомогательных цехов, разбросанных по Баварии, съезжались рабочие, инженеры, служащие. На митинге должен был выступать второй фюрер рейха Рудольф Гесс.

Механик «Штурмфогеля» Карл Гехорсман едва не опоздал на служебный автобус из за бутербродов, которые наготовила ему в дорогу жена. Теперь он сидел, обхватив большими, в рыжих конопушках руками многочисленные кульки, и не знал, как рассовать их по карманам. Сквозь бумагу протекал жир и капал на новые суконные брюки. С каждой каплей в сердце Карла накипала злость. «Нет никого глупее моей жены! — ругался он про себя. — На кой черт мне эти бутерброды, когда у меня есть пять марок на пиво и сосиски!»

Выбросить бутерброды Карл не мог — он хорошо знал цену хлеба и масла. У Карла было семеро детей. Последний, в отличие от старших двойняшек, появился на свет в трогательном одиночестве. Карл получал от рейха добавочное пособие как многосемейный рабочий. Но его, разумеется, не хватало.

Теперь дети уже разбрелись по свету. Старшие работали в Гессене на металлургическом заводе, строили автостраду и завод авиадвигателей. Двух последних, самых любимых, после трудового фронта забрал вермахт, и в Лехфельде он жил с женой, которая за жизнь ничему так и не научилась.

Когда автобус подъезжал к окраинам Аугсбурга, брюки были уже безнадежно испачканы. Карл положил свертки на колени и начал уничтожать бутерброды, хотя есть не хотел. Его распирало от ярости.

Перед главным сборочным цехом во дворе был сооружен помост, обитый красным сатином. С двух сторон на углах висели флаги с нацистской свастикой, а в центре, там, где должен выступать оратор, стоял микрофон в паутине проволочных держателей. По правую сторону трибуны блестел начищенными трубами оркестр. По левую стояли ведущие инженеры и служащие фирмы — все в цилиндрах и черных фраках с красными розами в петлицах.

Глядя на их ухоженные, самодовольные физиономии, Карл подумал: «Ишь, буржуи тоже поалели. Праздник-то ведь наш, рабочий…»

Карл Гехорсман никогда не вмешивался в политику, но на рабочие демонстрации ходил и, случалось, кулаками крошил зубы штурмовикам. А потом пошли дети, Карл «одомашнился», и вовремя — иначе давно бы упекли его в концлагерь. Хорошо, что еще попал в Испанию.

Солнце поднялось довольно высоко над стеклянными крышами корпусов. Стало жарко. Начинала мучить жажда. «Надо бы пива», — с тоской подумал Карл и стал понемногу расстегивать тяжелый двубортный пиджак и жилет.

Вдруг грянул оркестр. Как по команде, цилиндры левой стороны трибуны слетели с голов и легли на согнутые в локтях руки. Толпа вытянулась. От кучки самых больших начальников, среди которых Карл узнал лишь верзилу Мессершмитта, отделился узкогрудый молодой человек с зачесанными назад волосами и темными провалами глаз, прикрытых клочкастыми бровями. Оркестр наддал еще оглушительней, а последнюю ноту гимна рявкнул на пределе всех возможностей.

- Я приветствую рабочий класс Германии! — выкрикнул Гесс. Его тонкие губы сжались еще плотней.

- Зиг хайль! — откликнулась толпа.

- Я приветствую его солидарность с идеалами и жизнью народного вождя Адольфа Гитлера!

- Зиг хайль!

От крика у Карла заломило в ушах и зажгло в желудке.

- Я приветствую истинных граждан нашего рейха!

Снова грянул оркестр и смолк.


© Федоров "Штурмфогель без свастики"

По этой книжке еще шпионский сериал был "Последний полет Альбатроса"
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments