November 26th, 2014

Gen.Turgidson

Украина начала реализоывать независимость Донбасса:

http://korrespondent.net/ukraine/3448003-v-zonu-ato-ne-budut-ezdyt-poezda
Укрзализныця подготовила предложения о прекращении пассажирских перевозок в зоне АТО во исполнение указа президента о введении в действие решения СНБО от 4 ноября об отмене особого статуса Донбасса. Об этом сообщил начальник правового департамента Укрзализныци Олег Титов
...
Как сообщал Корреспондент.net, ранее президент Украины Петр Порошенко подписал указ №875/2014, который вводит решение СНБО по Донбассу, принятое 4 ноября после проведения так называемых "выборов" в самопровозглашенных ДНР и ЛНР. Своим указом Порошенко поручил Кабинету министров прекратить деятельность государственных учреждений, банков и предприятий в зоне АТО и обеспечить вывод персонала.
В общем - Украина потеряла Донбасс.

Процитированное - это даже важнее чем формальное признание - потому что именно украина ачала реализовывать меры по обеспечению фактической независимости Д.
Gen.Turgidson

"We must not allow Plutonium-238 Gap!!!"

http://www.wired.com/2013/09/plutonium-238-problem/all/

А ведь смех - смехом, но дело идет к утрате еще одной технологии. Возможно конечно производство восстановят - но не менее вероятно, что просто перестанут делать то, что без этого не сделать.
Dr.Strangelove

Кстати еще - по поводу технологий

Конец закона Мура ведь означает кроме прочего и конец "лидерства запада" в микропроцессорных технологиях - просто потому что торможение прогресса в области микросхем автоматом означает рапросртранение технологий их производства "близкого к современному уровня".
Gen.Turgidson

Перепостов серие:

Бо роскомнадзор задавил тифаретник - а мне надо это в качестве ссылочной

Было бы, наверное, любопытно представить в виде кривой то ускорение, с которым во всем мире исчезло из речевого обихода слово "прогресс"

(c) Й.Хейзинга, 1935 год

В 61 году все дети хотели стать космонавтами. Еще - летчиками, героями. Сейчас даже пропаганда Победы ведется так, что все хотят стать налоговыми инспекторами
(c)aculeata 1970 год рождения


Ну всё равно, летчики - это как танки. У СССР, как известно, было много-много танков, больше, чем у всех остальных вместе взятых.
Космонавтов тоже было больше. Ни то, ни другое не помогло.
А в "Понедельник" я больше не верю, кстати. Раньше мне безумно нравилась эта книга, а теперь уже нет, я им больше не верю
(c) a_karpov 1980 год рождения


Я часто слышал и то и другое. может неможко не в таких формулировках, но тоже самое. Такое ощущение что что-то сломалось за эти 10 лет, которые отделяют aculeata от a_karpov. Понятно, что сломался Советский Союз и обычно вопрос сводится к "достоинствам/недостаткам совка".

В какой-то момент я осознал, что совершенно тот же, что и в "Понедельнике" вкус есть и у книжек, никакого отношения к СССР не имеющих. И что похоже, что сломался не СССР, а что-то более глобальное. Датировка в общем сходится. Было, было, да и прошло. Навсегда или нет - сказать трудно. Может быть вовсе не прошло, а это у меня возрастное и на самом деле счастье есть. Ну и захотелось написать что-то вроде мини-серии рецензий на эти книги. В количестве пяти штук. Собственно данный пост и есть некая преамбула к.

К сожалению, у всех книг, которые относятся к временам второй половины века светлые, но грустные концовки.
Итак:
"Информация должна быть свободной"
"А кто это такие?"
"Когда это время наступит - пусть читатели вспомнят эту книгу"
"теперь победители должны будут позаботиться, чтобы наш вклад не пропал втуне"
"...the visions of von Braun and Korolev may yet come true"

Вместо послесловия- "Карьера". Мне завидно. А вам?
Gen.Turgidson

"Информация должна быть свободной"

http://lj.rossia.org/users/kouzdra/261376.html
Стивен Леви. Хакеры: Герои компьютерной революции


Стивен Леви. Хакеры: Герои компьютерной революции

Из предисловия переводчика:

Многое из того что было прочитано, заставило вспомнить собственные давно забытые ощущения и сравнить их с теми, что описаны автором. Та же сила желания, которую испытывал я мои друзья в стремлении попасть за терминал "Электроники-60" или "MERA100" советского или польского аналогов PDP-11, соответственно. Та же нелюбовь к серии ЕС, где к машине нельзя было подбраться ближе чем подпускал персонал. Та же радость, когда программа загруженная через считыватель перфолент, запускается и работает. Те же чувства когда наконец-то тебе ДОВЕРЯЮТ самому выполнить стартовый запуск системы с жесткого диска, больше похожего на стиральную машину с активатором. Тот же невероятный восторг по поводу первого, действительно замечательного, компьютера MSX, который имел цвет и звук, которых не было ни у одной другой машины, и где в 128К помещалось 6 часов отличного геймплея. Те же ночные бдения, с грудой распечаток и описаниями процессора и периферии, открытыми на особенно интересных местах. Те же невероятные сложности в поиске документации, которая собиралась по крупицам по всей стране.

И невероятная самоуверенность, еще необтесанная опытом и не побитая жизнью, когда казалось что сделать можно практически все, достаточно только захотеть.


Для меня это очень ностальгическая книга. В отличие от переводчика я успел застать еще и Минск-22 - громоздкий комплект шкафов, занимавший целую комнату, у которого 14 разряд сумматора был выведен на динамик от радиоточки, наподобие описанного у Леви динамика MIT-овского TX-0, что позволяло следить за работой программы "на слух" (и писать программы, которые ухитрялись наигрывать разные мелодии), а ключи компилятора Алгола-60 действительно были ключами - восемью тумблерами на пульте, которые надо было установить в соотвествующие опциям компилятора позиции.

Да и тот же совершенно безумный дух нарождающейся Кремниевой Долины, который у нас был во время перестройки, пока его не прихлопнуло IBM PC, я тоже успел застать и даже немножко поучаствовать лично. Впрочем - возможно и к лучшему, что его прихлопнуло PC-шкой, а не коммерцией, как в США. Оно умерло молодым и без мучений.


Стивен Леви. Хакеры: Герои компьютерной революции
Минск-22
Эпилог:
Как можно было ожидать от последнего истинного хакера, Ричард Столлман решительнее всех остается приверженным идеалам лаборатории ИИ в МТИ. Его компания, Free Software Foundation (FSF), в соответствии с Wired, "является единственной в мире благотворительной организацией, которая поставила себе цель разработки бесплатного программное обеспечение". Столлман также много работал в League for Software Freedom ("Лига за свободу программного обеспечения") – группа, которая отражала его веру в то, что проприетарное программное обеспечение является бельмом на глазу. В 1991 году, его усилия привлекли внимание тех, кто отвечал за выдачу "грантов для гениев" в McArthur Fellowship. В последний раз, когда я с ним встречался, Столлман занимался организацией демонстрации против Lotus Development Corporation. Его протест касался их программных патентов. Он верил, и продолжает верить, что информация должна быть свободной".
Стивен Леви, Август 1993 г.


:)
Dr.Strangelove

(no subject)

Том Вулф Нужная вещь



Это книга, типа "про летчиков". Про американских летчиков-испытателей, астронавтов etc. Про Чака Йегера, который первым преодолел звуковой барьер, про тех, кто испытывал X-15, про Гриссома, Шеппарда и прочих. Вулф на мой взгляд излишне эмоционален, но книга все равно хороша.

Из предисловия автора:
Серьезное изучение драматичности и психологических тонкостей в этой новой области исследований - боевых полетов на высокотехнологичных самолетах - стало делом отдельных пилотов, имеющих склонность к писательству. Самый известный из них - Антуан де Сент-Экзюпери. Литературный мир остался равнодушным к этой теме. Но юноши поступали именно так, как и предсказывал Моран. Они становились офицерами, чтобы летать, и летали, несмотря на невероятный смертельный риск. Уже в 1970 году я узнал из статьи армейского врача в медицинском журнале, что для каждого летчика военно-морских сил вероятность погибнуть в катастрофе составляет двадцать три процента. И это не считая смерти в бою, что в то время - война во Вьетнаме была в разгаре - случалось чрезвычайно часто. «Нужная вещь» - это рассказ о том, почему люди хотят, а на самом деле не хотят, а наслаждаются таким риском во времена, которые писатели уже давно окрестили эпохой антигероя. Эта психологическая загадка и подтолкнула меня к написанию этой книги. И если среди прочитавших «Нужную вещь» есть те, кого совершенно не интересуют космические исследования как таковые, то, возможно, они прочли книгу именно потому, что их воображение захватила та же самая тайна.

С момента первого выхода книги в печать в 1979 году я переписывался со многими пилотами и вдовами пилотов. Они не то чтобы восхищались моей книгой, но, казалось, попросту были благодарны, что кто-то - совершенно посторонний человек - облек в слова то, о чем кодекс чести летчиков запрещает даже упоминать. А ведь именно это и является одной из самых необычайных и загадочных драм двадцатого столетия.

Том Вулф, август 1983 г.




... В госпитале выяснилось, что Йегеру повезло. Кровь, залившая левый глаз, запеклась, образовав прочную корку, иначе Йегер мог бы лишиться глаза. Он получил ожоги головы и шеи третьей и второй степени. Их пришлось лечить в госпитале целый месяц, но зато не осталось никаких уродливых следов. Йегер даже полностью восстановил работоспособность левого указательного пальца.

Случилось так, что в день полета Йегера, примерно в то время, когда он направлялся на взлетную полосу, секретарь госбезопасности Роберт Макнамара объявил, что программа Х-20 сворачивается. Хотя официально Лаборатория пилотируемых орбитальных полетов продолжала действовать, было очевидно, что никаких военных космических путешественников в Америке не будет. Парни из Хьюстона оставались единственными. Вершина пирамиды принадлежала им и могла довести их до звезд, если они были на то способны.

Йегер снова получил статус летчика и возобновил преподавание в своей школе. Он совершил еще более сотни вылетов на тактических бомбардировщиках В-57 в Юго-Восточной Азии.

Никто так и не побил рекорд русских на NF-104, и даже не пытался. На высоте более ста тысяч футов в «оболочке» самолета оказывалось полным-полно дыр. А Йегер больше и не стремился установить рекорд в небе над пустыней.

Эпилог:

До начала в 1965 году программы «Джемини» не предусматривалось никаких пилотируемых космических полетов. И семеро астронавтов начали чувствовать перемену в отношении публики к ним, к «следующим девяти» и к группам новичков. Они чувствовали перемену, но не могли выразить ее словами. Что это было за чувство? Как будто мантия воинской славы тихо сползала с ваших плеч, а еще... холод высыхающего океана слез. Война, в которой сражались герои поединка, закончилась. Их по-прежнему почитали, людей по-прежнему поражала их храбрость, но день, когда астронавт может проехать в торжественной процессии по Бродвею, а дорожные полицейские на перекрестках будут рыдать, уже не повторится. Астронавта больше не будут воспринимать как защитника народа, рискующего жизнью в небесной битве. И даже на первого американца, ступившего на поверхность Луны, не будут изливаться те исконные, первобытные эмоции, что довелось испытать Шепарду, Куперу и, прежде всего, Гленну. Первая эра американских героев поединка ушла, чтобы, возможно, никогда не вернуться.

Бог дал - бог взял. Апрельским днем 1959 года им на плечи накинули мантию холодного воина небес, не спрашивая их и ничего не объясняя. А теперь ее снимали, и опять без их ведома. Джон Гленн в 1964 году решил баллотироваться в сенаторы от штата Огайо. Он не мог предвидеть, что на избирателей в Огайо больше не действует его аура защитника. Но его помнили. А его собратьям трудно было представить, что может настать день, когда американцы, услышав их имена, спросят: «А кто это такие?»


Генерал без колледжа Чак Игер смотрит на коменнтаторов
Как на говно